О прогрессе внешнем и нравственном

В письме своем, от 18 января, передали вы мне следующий вопрос от вашего сына:
«По Евангелию, общество людей перед концом мира представляется в самом ужасном виде. Этим отвергается возможность постояннаго совершенствования человеческого. Можно ли после этого трудиться на благо человечества, будучи уверенным, что никакие средства не в состоянии, в окончательном результате, перед концом мира достигнуть возможного нравственного совершенства человечества?»
В письме же от 24 марта передали вы этот же вопрос несколько иначе:
«Обязанность христианина — делать добро и стараться, чтобы это добро торжествовало над злом. При конце мира, в Евангелии говорится, зло восторжествует над добром. Каким же образом можно стараться о победе добра над злом, зная, что старания эти не увенчаются успехом, и что зло в конце восторжествует?»
Скажите вашему сыну: зло уже побеждено, побеждено не старанием и силами человеческими, а Самим Господом и Спасителем нашим, Сыном Божиим Иисусом Христом, Который ради сего и снисшел с неба на землю, воплотился, пострадал человечеством, и крестными Своими страданиями и Воскресением сокрушил силу зла и злоначальника-диавола, владычествовавшего над родом человеческим, освободил нас от диавольского и греховного рабства, как Сам сказал: Се, даю вам власть наступати на змию и на скорпию и на всю силу вражию (Лк. 10: 19). Теперь всем верующим христианам дается в Таинстве Крещения сила попирать зло и творить добро, при посредстве исполнения Евангельских заповедей, и никто уже не бывает одержим злом насильно, кроме одних нерадящих о хранении Божиих заповедей, и преимущественно тех, кто добровольно предается грехам. Хотеть же своими силами побеждать зло, — которое уже побеждено пришествием Спасителя, — показывает непонимание христианских Таинств Православной Церкви, и обнаруживает признак горделивой самонадеянности человеческой, которая хочет все делать своими силами, не обращаясь к помощи Божией, тогда как Сам Господь ясно говорит: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15: 5).
Вы пишете: в Евангелии говорится, что при конце мира зло восторжествует над добром. В Евангелии этого нигде не сказано, а говорится только, что в последнее время умалится вера ( см. Лк. 18: 8), и за умножение беззакония изсякнет любы многих (Мф. 24: 12). А святой апостол Павел говорит, что перед вторым пришествием Спасителя явится человек беззакония, сын погибели, противник и превозносяйся паче всякаго глаголемаго Бога (2 Фес. 2: 3-8), то есть антихрист. Но тут же сказано, что Господь Иисус убиет его духом уст Своих, и упразднит явлением пришествия Своего. Где же тут торжество зла над добром? И вообще всякое торжество зла над добром бывает только мнимое, временное.
С другой стороны, несправедливо и то, будто человечество на земле постоянно совершенствуется. Прогресс, или улучшение, есть только во внешних человеческих делах, в удобствах жизни. Например, мы пользуемся железными дорогами и телеграфами, которых прежде не было; выкапывается каменный уголь, который скрывался в недрах земных, и прочее. В христианско-нравственном же отношении всеобщего прогресса нет. Во все времена были люди, которые достигали высокого нравственного христианского совершенства, руководствуясь истинной верой Христовой и следуя истинному христианскому учению, согласному с откровением Божественным, какое Бог в Церкви Своей являл через мужей Богодухновенных, пророков и апостолов. Такие люди будут и во время антихристово, которое их ради и сократится, по сказанному: избранных же ради прекратятся дние оны (Мф. 24: 22). И опять: во все времена были люди, которые предавались различным порокам и беззакониям, или впадали в различные ереси и заблуждения, увлекаясь лжеименным разумом (см. 1 Тим. 6: 20), и умствуя по земным началам, вопреки предостережениям святого апостола Павла, который говорит: Братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философиею и тщетною лестию, по преданию человеческому, по стихиам мира, а не по Христе (Кол. 2: 8).
Советую вам купить недавно вышедшую книгу: «Жизнь Григория Богослова», составленную архимандритом Агапитом. Сами прочтите ее, и дайте прочитать вашему сыну. Тогда увидите, каковы были ученые в IV веке по Рождестве Христовом. Сравните их с учеными настоящего времени.
Тогдашние ученые, такие как Василий Великий и Григорий Богослов, несмотря на то, что были людьми высокого учения и высокой нравственности, по христианскому смирению презирали земную славу и земные удовольствия, и стремились к одним духовным вечным благам. А нынешние ученые следуют ли их примеру? Не большая ли часть из них преклоняется к земной славе, к земным наслаждениям, и к приобретению благ временных, растворяя все это горделивым сознанием своего недостойного достоинства! После этого, есть ли хоть малейшие признаки всеобщего нравственного совершенствования на земле?
Нравственное совершенство на земле (несовершенное) достигается не всем человечеством в совокупности, а каждым верующим в частности, по мере исполнения заповедей Божиих и по мере смирения. Конечное же и совершенное совершенство достигается на небе, в будущей безконечной жизни, к которой кратковременная земная жизнь человеческая служит лишь приготовлением, подобно тому, как годы, проведенные юношей в учебном заведении, служат приготовлением к будущей его практической деятельности. Если бы назначение человечества ограничивалось земным его существованием, если бы для человека все кончалось на земле, то почему же земля… и яже на ней дела сгорят, как говорит святой апостол Петр? (2 Пет. 3: 10). Он же присовокупляет: Нова же небесе и новы земли по обетованию Его чаем, в нихже правда живет (2 Пет. 3: 13). Без будущей блаженной безконечной жизни земное наше пребывание было бы неполезно и непонятно.
Желание трудиться на благо человечества — весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Царственный пророк святой Давид говорит: сперва уклонися от зла, а потом уже сотвори благо (Пс. 33: 15). У нынешних же людей дело выходит навыворот. Все хотят, на словах, трудиться на благо ближним, и нисколько, или весьма мало, заботятся о том, что наперед нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних. Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не окончив курса в гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но, с другой стороны, думать, что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться, — это опять другая крайность.
Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению трудиться на пользу других, но с тем, чтобы все это было во время и в порядке, как выше сказано, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле.
В первом письме своем вы упоминаете о книгах «Самопомощь», «Самодеятельность». Я этих книг еще не видал, и что в них содержится, не знаю. Старинные люди говаривали: «Без Бога не до порога». И Сам Господь в Евангелии глаголет: Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15: 5). А новые мудрецы, как видно из заглавия этих книг, рассуждают теперь иначе. Но известно, что самоделковые вещи выходят самой дешевой цены, с общим укором: «Самодельщина, топорной работы». Впрочем, скажу вам, как можно понять в христианском смысле самопомощь и самодеятельность. Прочтите сами, и пусть сын ваш прочтет со вниманием в Евангелии от Матфея от начала 5-й главы до конца 10-й; и потом, пусть он постарается и в жизни своей исполнять содержащиеся в этих главах Евангельские заповеди. Через такую христианскую самодеятельность он сам себе окажет великую помощь в нравственном и христианском отношении.
В заключение скажу: посоветуйте вашему сыну, чтобы он не смешивал внешних человеческих дел с духовно-нравственными. В первых, как то — во внешних изобретениях, отчасти в науках, — пусть находит прогресс. А в христианско-нравственном отношении, повторяю, всеобщего прогресса в человечестве нет. Впрочем, и во многих науках, или отраслях знания, незаметно прогресса. Не думаю, чтобы нынешние ученые так хорошо знали и понимали, например мифологию, и вообще классическую древность, как их знали и понимали Василий Великий и Григорий Богослов.

Иеросхимонах Амвросий  Оптинский